preloder
Новости партнёров
Новости партнёров
Опубликовано Пресс-служба

Рано Джураева о «Космодромах России» и амбициозных целях


Что такое космодром или центр подготовки космонавтов, в нашей стране знает, наверное, каждый. А кто создает стартовые комплексы, обслуживает их, от кого зависит успех каждого космического запуска? Об этом мало кто задумывается. ФГУП ЦЭНКИ (Центр эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры – «Космодромы России»), — это целое «государство» в системе РОСКОСМОСА. Пора познакомиться поближе. И корреспондент «МК» отправился к и.о. генерального директора Рано ДЖУРАЕВОЙ, которую Глава РОСКОСМОСА КОМАРОВ назначил на эту должность в мае 2015 года.

− Рано Фрунзевна, интересно узнать, что это за структура — ЦЭНКИ, какова ее география, сколько у вас работает людей, какие основные задачи перед вами поставил Роскосмос? 

− Проработав здесь уже больше года, могу сказать: «Космодромы России» — уникальное, очень интересное предприятие. Мы эксплуатируем все космодромы России и осуществляем каждый космический запуск. Именно наши люди — сотрудники космодромов Байконур, Восточный, Плесецк, Гвианского космического центра —те люди, от работы которых на земле зависит успех любой космической миссии.

Сегодня на предприятии работает порядка 14 тысяч человек, в том числе 1,5 тысячи в головной организации, 8 тысяч обслуживает знаменитый Байконур (это космический центр «Южный») и еще около 4,5 тысяч работает  на других космодромах и на наших научно-производственных площадках: НИИ стартовых комплексов (НИИСК, Москва), КБ «Мотор» (Москва), отвечающее за все, что связано с оборудованием монтажно-испытательных комплексов («МИКов») на космодромах, Конструкторское бюро транспортно-химического машиностроения (КБТХМ, Москва), которое разрабатывает заправочные станции и оборудование для них, НИИ прикладной механики (НИИ ПМ, Москва), где производятся гироскопические приборы, Центр ликвидации межконтинентальных баллистических ракет (Нижегородская область). Есть у нас еще один филиал – технический и авторский надзор (ЦЭНКИ — ТАН, Москва), сотрудники которого выполняют сервисные контракты в интересах Минобороны России, в том числе — на космодроме Плесецк.

—  НИИСК — это предприятие, где разрабатывали самый первый Гагаринский старт?

— Да, как раз там знаменитый академик, генконструктор Владимир Павлович БАРМИН разрабатывал первый стартовый комплекс в нашей стране. Позже его последователи создали стартовые комплексы для РН «Союз», «Зенит», «Протон», «Ангара», для плавучей пусковой платформы «Морской старт». Кстати, знаменитые мобильные башни обслуживания на космодромах ВОСТОЧНЫЙ и в Гвиане, тоже созданы в НИИСКа, под руководством главного конструктора института Алексея БОГОМОЛОВА. Хочу еще раз напомнить, что мобильная башня обслуживания — это максимальная автоматизация работы по подготовке РН к старту, она делает труд людей более безопасным и комфортным.

— Какие планы по усовершенствованию есть у ЦЭНКИ?

— Буквально на днях мы провели собрание с молодыми учеными, конструкторами. У них — масса идей, как чисто конструкторского плана, так и замыслов для экономической целесообразности использования новшеств. Все начинается с компьютерной 3D-модели: как сделать ту или иную деталь более оптимальной, легкой, простой в обслуживании. Наша цель — автоматизировать как можно больше операций на площадках, чтобы снизить процент влияния «человеческого фактора». Молодежь предлагает очень интересные вещи. Например, потрясающая идея — автоматизированная система обеспечения заправки.

— Сколько человек обслуживает сегодня современный стартовый комплекс на космодроме?

— Дело идет к уменьшению расчета, который ведет подготовку к запуску и осуществляет сам пуск. Сейчас он составляет около 200 человек, и это гораздо меньше, чем требовалось на заре космонавтики. Кроме того, сами комплексы становятся все более точными и экологически безопасными. Существенный шаг к такой безопасности совершили в нашем филиале КБТХМ.  Там сейчас большой химический блок работает на производство современных заправочных комплексов. Это топливные блоки, где все химические вещества уже смешаны, остаётся только их доставить на космодром и поместить в ракету-носитель. Есть оригинальные решения специалистов КБ «Мотор», которые избавили работников, обслуживающих ракету и космический аппарат, от небезопасных стремянок. Сейчас люди подходят к своему участку работы с определенного этажа и комфортно работают.

— БАЙКОНУР — легендарный космодром, с которого впервые отправили человека в космос. Сегодня он — на территории другого государства. Каковы перспективы, что там происходит сейчас, есть ли трудности? 

— Байконуру, нашему космическому центру «Южный», недавно исполнился 61 год. Когда не стало СССР, Россия сохранила за собой космодром на условиях аренды до 2050 года. И космодром, и город БАЙКОНУР — территория Казахстана, находящаяся под управлением России, где работают предприятия ракетно-космической отрасли — не только ЦЭНКИ, но и филиалы РКК «Энергия», ГКНПЦ им. М.В.Хруничева, РКЦ «Прогресс» и других предприятий.

Мы обслуживаем там все стартовые и заправочные комплексы, инженерные сети, в общей сложности около 90 площадок. Конечно, по сравнению с советским временем количество пусков и стартовых комплексов сейчас уменьшилось. Используются два стартовых комплекса для пуска РН «Союз» — Гагаринский старт и стартовый комплекс на 31-ой стартовой площадке, модернизированной под все типы «Союзов». Кроме того, на БАЙКОНУРЕ функционирует 2 стартовых комплекса для РН «Протон-М», стартовый и технический комплексы для РН «Зенит». Эти комплексы будут развиваться и дальше. В частности, предполагается модернизировать один из стартовых комплексов «Протона» под запуск разрабатываемой ракеты-носителя «Протон-Л».

Космодром немолод, и естественно, мы постоянно проводим модернизацию инженерных сетей, связи, метеооборудования и телеметрии.

— Можно ли получать экономическую выгоду от содержания большого количества космодромов?

— В рамках системной реформы отрасли, которую проводит РОСКОСМОС, мы реализуем свою программу стратегических преобразований. Цель — сделать космодром рентабельным. Когда я пришла в ЦЭНКИ год назад, были большие убытки, на предприятии «висели» огромные кредиты. Что мы сделали в первую очередь? Провели реформу, оптимизировали административный персонал, сократив две тысячи с лишним человек. Это в основном касалось головной организации, где работало слишком много начальников и помощников. В нашу задачу также входило серьезно уменьшить расходы в закупках, повысить прозрачность финансовых потоков. В результате только при оптимизации закупочных процедур нам удалось «найти» около миллиарда рублей.

Постепенно мы становимся рентабельными, доказываем, что это возможно. У нас большие планы: кроме модернизации стартовых комплексов, Роскосмос поставил задачу обновления и всей обеспечивающей инфраструктуры — аэропорты, железные дороги, сотни километров автодорог, электрические сети, водоснабжение, канализацию…

Рассматриваем возможность и варианты создания универсального производственного комплекса, объединив в нем все шесть территориально распределенных по городу площадок филиалов.

— Ну, а зарабатывать ЦЭНКИ способен?

— Безусловно. Есть возможности и по диверсификации. Несмотря на то, что уже сегодня продукцией наших НИИ пользуются не только в космической отрасли, но и в Минобороны, в медицине (элементы для искусственного сердца) на железной дороге, мы расширяем ассортимент и ищем новые рынки сбыта. В частности, ведём переговоры по привлечению на наши предприятия заказов от высокотехнологичных производств смежных отраслей промышленности.

— Перейдем к кадрам. Тяжело привлекать молодых инженеров на далекий ВОСТОЧНЫЙ?

—  Нет, нетрудно. И есть все инструменты — на ВОСТОЧНОМ — самое современное оборудование, создается необходимая инфраструктура, строится целый новый город Циолковский, где молодые специалисты будут сразу получать ключи от квартир. У нас уже подписаны соглашения о целевом наборе с рядом ВУЗов, их выпускники будут работать ВОСТОЧНОМ. Немного другая ситуация на Байконуре, там устоявшийся город со своей историей, и есть, в частности, филиал МАИ, который готовит нужных нам специалистов. Наряду с россиянами в нем учатся ребята из Казахстана, они тоже потом работают на космодроме. Молодым, нуждающимся в жилье, мы также стараемся помогать.

— Московские выпускники едут на БАЙКОНУР?

— Едут, но мало. В основном это те, кто уже поработал в наших филиалах и почувствовал интерес к работе именно на БАЙКОНУРЕ.

— А каких специалистов не хватает?

— Нам нужны резервы по многим специальностям. В этом году на ВОСТОЧНОМ запустили пока только одну ракету-носитель, в будущем году запланировано уже два пуска, а в 2018-м — 4 пуска. Соответственно, уже совсем скоро потребуется больше пусковых расчетов для подготовки и осуществления этих пусков. Сейчас делаем программу, конкретно обозначая позиции, требующие резервирования. Мы назвали эту программу «Дублер». Кроме инженеров нам очень нужны квалифицированные слесари и механики. Пока есть специалисты, готовые передать свой опыт, поэтому привлекать молодёжь надо как можно быстрее. В частности, в МАДИ функционирует наша базовая кафедра. До 17.00 студенты работают в одном из наших московских филиалов, а вечером учатся. Через 5 лет мы получаем профильных специалистов с высшим образованием.

— Какой процент молодых ученых работает на ваших предприятиях? Что делает ЦЭНКИ для возвращения престижа профессиям конструктора и инженера?

— На наши предприятия сейчас приток молодых людей моложе 35 лет. Стимулируем их научную работу, помогаем оформлять патенты, мотивируем (за каждое новшество — бонусы). Но и про зарплату не забываем. В средняя зарплата на наших предприятиях около 60-х тысяч. В общем, «Космодромы России» сегодня — это хороший работодатель, к нам многие стремятся попасть.

— Кстати, на космодромах хотят побывать не только специалисты, но и те, кто просто увлекается космонавтикой. Правда ли, что вы организуете «паломничество» на стартовые комплексы?

— Да, космодромы интересны людям, и мы начали сталкиваться с тем, что нет необходимой туристической инфраструктуры для их приема. В будущем году в Казахстане будет проходить «Экспо-2017», что наверняка привлечет еще больше туристов на космодром. Хорошо, если они будут там проездом… А если захотят переночевать? Имеющихся гостиниц явно будет маловато. Так что увеличение количества гостевых мест также в наших интересах — и на БАЙКОНУРЕ, и на ВОСТОЧНОМ, после завершения строительства объектов.

В общем, системная реформа, которую реализует РОСКОСМОС, действительно идёт. И ЦЭНКИ («Космодромы России») развиваются полным ходом, уже видны первые результаты преобразований.

Наталья ВЕДЕНЕЕВА

Московский комсомолец, 23 сентября 2016


Екатерина Филимонова. Культуролог, который любит космонавтику.

Это интересно:
Подкаст The Big Beard Theory

Креативный проект о космосе, космонавтике и науке в целом. Космические исследования позволяют ответить на вопросы, волнующие учёных, и приводят к...

Закрыть